Свободный Профсоюз Металлистов
Свободный Профсоюз Металлистов
Организация независимого профсоюзного движения
Членская организация Ассоциации профсоюзов
«Белорусский Конгресс демократических профсоюзов»



АКТИВИСТ ЗОЛОТОЙ ПРОБЫ



АЛЕКСАНДР АДАМОВИЧ КОРЫТКИН НА МОГИЛЕВСКОМ АВТОМОБИЛЬНОМ ЗАВОДЕ ИМЕНИ КИРОВА (НЫНЕ - ФИЛИАЛ БЕЛАЗА) ЧЕЛОВЕК ИЗВЕСТНЫЙ


Александр Адамович Корыткин на Могилевском автомобильном заводе имени Кирова очень известный человек.  Во-первых, он мастер высшей квалификации, а во-вторых, неравнодушный человек, защитник справедливости, настоящий профсоюзный активист, никогда не предававший принципов солидарности, интересов рабочего человека.
 И вот уже прошел почти год, как он покинул предприятие.
«АДАМОВИЧ, ВАМ ЛУЧШЕ УЙТИ!»
- Что же случилось, Александр Адамович?
- Если говорить честно, то у меня в запасе была  еще  возможность поработать два года по контракту. Но  пришлось уйти не по доброй воле. Причиной этому послужила моя профсоюзная активность. Так получилось, что в одной из независимых  (независимой от государственной пропаганды) газет  появилась статья, в которой шла речь о судьбе моего родного завода. Я искренне высказал свою позицию, ничего не приукрашивая ни в одну, ни в другую сторону, потому что всегда стараюсь оставаться верным принципу правды. А у нас, к большому сожалению, в штатах предприятий окопалось немало чиновничков, которые за счет рабочих, между прочим,  занимаются  нашим воспитанием, промыванием мозгов. После публикации этой статьи поднялся сильный шум в Могилеве и в Жодино, поскольку наш завод стал филиалом БелАЗа.  Материал о заводе появился и в Интернете. Больше всех, кстати, в компании преследования  усердствовал профком предприятия во главе с Трусковским. Шли ссылки и на генерального директора холдинга Пархомчика. Якобы в Могилев ушло указание избавиться от смутьяна Корыткина, который всего лишь позволил себе выразить озабоченность судьбой завода. Говорю «якобы», потому что не могу  подтвердить устные ссылки заводских начальников документально.
Я ведь не высказывал  никакой крамолы, не призывал к каким-либо акциям, моей единственной целью было привлечение внимания тех, от кого зависит решение многочисленных наболевших проблем. И высказывал точку зрения кадрового рабочего. В статье была стопроцентная правда, ни одного факта нельзя опровергнуть.
Мои могилевские начальники, отводя глаза в сторону, начали предлагать , мол, пойми нас, Адамович, завертелась такая заваруха, на нас давят, не лучше ли тебе расстаться с заводом, так будет для всех спокойнее. При этом поднимали палец вверх, ссылаясь на требование генерального директора. Искать защиту в профкоме официального профсоюза было бессмысленно, потому что, повторюсь, именно его председатель Трусковский торопил мой уход. Приближалась отчетно-выборная конференция, меня бы обязательно избрали бы коллеги депутатом на нее. И я бы на этом форуме молчать не стал. Это обстоятельство также предопределяло мою судьбу. И руководителям предприятия , и профсоюзным функционерам отводится роль марионеток.
НЕ УСПЕЛ СОЗДАТЬ БРИГАДЫ
- А были ли претензии к вам, как  к специалисту?
- Никаких претензий не было и быть не могло, тем более, что заводу не хватает квалифицированных рабочих. Я много лет работаю наладчиком зуборезного и зубошлифовального оборудования. Тот, кто знаком с технологическими процессами в машиностроении, тот знает, что навыки в этом приобретаются не за один год.
Честно говоря, я и так не собирался быть в штате завода до 2015 года. Хватило бы года. Хватило для осуществления моего плана. Плана, который касался не моих личных амбиций, а решения заводских проблем. Я считал и считаю, что необходимо создание бригад в цехе. У меня это предложение было обдумано, аргументировано. Предложение поддерживало руководство цеха гидромеханических передач.  Появление бригад вводило бы взаимозаменяемость, взаимовыручку. Уход одного из наладчиков или операторов, скажем, в отпуск или на больничный, не вызывал бы бреши в организационном процессе. Эта реорганизация нужна была, в первую очередь, производству.  Об этой проблеме знал и директор филиала, его заместитель по производству, меня поддерживали технологи.
После образования бригад в цехе я собирался уйти, как у нас принято говорить, на заслуженный отдых. Я ведь не цеплялся за свое рабочее место. Зарплата у меня была ниже средней. У меня был повременный тариф с определенными доплатами по колдоговору – и всё.
ВМЕСТО ПОЧЕСТЕЙ – ТРАВЛЯ.
- Вся эта возня вокруг вас была ведь неприятной?
- А обиднее всего, что травлю возглавлял те, кто по своему общественному, гражданскому долгу должны были меня, как и любого другого работника, защищать. Профсоюзные лидеры переродились, стали приспособленцами, трусами. Тот же Трусковский, к которому я поехал в Жодино на прием, объяснял всё требованиями генерального директора. Мол, у него и так много времени, а он вынужден интересоваться, скоро ли вы там с Корыткиным разберетесь, почему он до сих в профсоюзе, почему он еще на заводе работает. Такая вот забота о настроении генерального директора! И абсолютное пренебрежение интересами рабочего человека.
- Александр Адамович, вы ведь долго работали на заводе и заслужили, если вдаваться в этот аспект, уход с почестями, видимо?
- Я на Могилевском автомобильном заводе имени Кирова, ставшего теперь филиалом БелАЗа, проработал 42 года. Ко мне в цех пришел работать мой сын. Трудовую книжку на меня оформили сразу после службы в армии. Никуда не переходил, не перебегал. Отдал свои знания и силы заводу. Меня никто не склонял в отрицательном смысле по производственным причинам. Почти постоянно мой портрет был на заводской Доске почета… Встречаюсь с работниками завода теперь, они говорят, твой уход, Адамович, - это брешь, это потеря, таких спецов не хватает.
- Как бы вы охарактеризовали положение в цехе, на заводе?
- От моих коллег по цеху слышу сейчас много жалоб. Стоит задача, например, снижения себестоимости. Насущное, нужное дело. Но для снижения нет объективных предпосылок. Руководство ничего другого, кроме как снижения расценок, удара по карманам рабочих, не находит. Они просят совета, подскажи, как можно защититься от этого произвола?! Естественно, другого пути, как сильное влияние профсоюза, нет. Но эти функционеры, усевшиеся в профкомовских креслах, на смелые действия не способны. Зато они охотно выполняют роль цепных собак.
МОДЕРНИЗАЦИЯ ПО-ИОГИЛЕВСКИ: СКВЕРНЫЙ АНЕКДОТ
- Сейчас много говорится о модернизации производства. Как она выглядит вблизи, с вашей точки зрения?
- Скажу так. Я пришел на завод в январе 1972 года. И ушел через 42 года. А станочное оборудование, как стояло, так и стоит. На моем участке появились лишь два-три станка. Не новые, а бывшие, как говорится, в употреблении, кому –то они стали ненужными, а мы подобрали. Этот подход можно назвать модернизацией?! Как можно добиться прогресса на допотопном оборудовании?! Я всегда считал, что модернизация не должна превращаться в кампанейщину, не должна быть авральным мероприятием. У руководства предприятия всегда должен быть стратегический план и тактика, которая постоянно обновляется. Надо иметь критерии, приоритеты. Скажем, отрезной станок, на котором получают болванки для болтов, не определяет качества продукции. А вот от резьбонарезного, шлифовального станков уже зависит многое.
Теперь поставлена задача: производительность труда в могилевском филиале должна выровняться с производительностью на головном предприятии в Жодино. А выполнять эту задачу предстоит на станках тридцатилетнего возраста. На рухляди, по сути дела. Можно в два раза увеличить обороты шпинделя станка и вместо одной детали выточить две. Но это будет нарушением техпроцесса, это будет ударом по качеству деталей.
ДОВЕСОК К БЕЛАЗУ
- Скажите, пожалуйста, а что дало могилевскому предприятию присоединение к БелАЗу?
- Была эйфория. Райской жизни, конечно, никто не ждал, потому что мы трезво оценивали наши возможности. Но в Могилеве ожидали, что финансовые возможности БелАЗа помогут нам модернизировать производство, подняться на более качественный уровень. Поднимется качество продукции, поднимется зарплата. Вышло всё наоборот. Разрыв между филиалом и головным предприятием вырос. Если  до присоединения зарплата у нас была меньше процентов на 15-20, то сейчас жодинцы получают в два раза больше нас. Казалось бы, у нас один общий профсоюз, казалось бы, у нас один и тот же колдоговор… Но откуда же возникал такая пропасть, такая разница?! Разрыв в зарплате продолжает увеличиваться. Если ее увеличивают на 10, 15, 20 процентов, то работник с большим заработком выигрывает… Поэтому не держатся специалисты, не держатся рабочие. Люди постарше работают, покорно склонив головы, мол, поздно уже уходить в другое место, да и куда?
Расскажу об одном примере модернизации с помощью головного предприятия. Стоял в цехе шлифовальный станок. Не самый лучший, но вполне пригодный. Года три назад начальник цеха говорит, что этот станок приглянулся жодинцам и его  придется отдать. Я даже вскрикнул от возмущения, а на чем же мы будем работать!? Вынужден был обратиться к директору филиала. Он меня успокаивает, мол, Адамович, не волнуйся, только через мой труп. Ухожу в отпуск, станок еще стоял, возвращаюсь, станка уже нет. Увезли в Жодино. Нет ни станка, ни трупа директора. На филиал, если и привозят что-то, то видно, что оно устарело еще вчера. Или бывает другая ситуация. Закупаются станки гомельского завода с программным оснащением. Но они простаивают по большей части, потому что не загружены. Закупали их наобум Лазаря, как в народе говорят, не просчитав программы, плана. Был случай, когда зубошлифовальный станок переоборудовали для шлифовки полуосей, затратили деньги. А потом выяснилось, что полуоси после термички в шлифовке не нуждаются. Надобность в переделанном станке отпала. А обратной дороги уже нет. К шлифовке зубьев его не приспособишь. Уничтожили станок. Это не модернизация, это бесхозяйственность.
Скажем, рабочий  жалуется, что его станок совсем плох, даже деталь нормально зажать невозможно. К нему прислушиваются. Его станок увозят, привозят другой. А у него те же самые недостатки. Перетащили это хлам из одного цеха в другой. Вроде бы дело сделали, а по сути – вредительство, обман.
УВЫ, ДОМИНИРУЕТ ПОКОРНОСТЬ, СМИРЕНИЕ…
- Сколько работающих сейчас в филиале?
- Около двух тысяч. В момент присоединения к БелАЗу было четыре тысячи семьсот человек.
- Почему люди смирились с фактическим бездействием официальных профсоюзов и не спешат создавать что-то новое, действенное?
- Профсоюзная жизнь на нашем заводе была бурной. Когда воевали с Бухвостовым и ликвидировали у нас организацию профсоюза АСМ, то руководство выдвинуло старый лозунг: «Кто не с нами, тот против нас!» Когда присоединили к БелАЗу, опять-таки повели в профсоюз АСМ, который давно утратил свою боевитость, стал дрессированным, покорным. Люди на эти профсоюзные манипуляции махнули рукой, лишь бы их не трогали. О профсоюзе вспоминают в случае конфликта. А председатель профкома сидит рядом с директором, кому ты будешь жаловаться на директора? Стиль действий профкома такой: если возникает конфликт, то его надо погасить путем соглашательства, путем смирения, покорности работника перед директором, начальником цеха.
Конкретный случай: рабочие механического корпуса агрегатов простаивают. За простой не платят. В помещении холодно. Несколько рабочих собрались и написали жалобы в местный райисполком и генеральному директору. В лучших традициях создают комиссию, изучают жалобу. Начинают принимать меры. Рабочего  Анатолия Ровского переводят в другой цех, на другой станок. На тебе болванки! Не будешь выполнять сменное задание – пойдёшь за дверь! Никто не удосужился учесть, что Ровский – инвалид, он лишился  пальца и не на каждом станке, не на каждой операции может работать.
Потом по заводскому радио прозвучало сообщение такого содержания: «Люди, которые писали жалобы, оказались не правы. Факты, указанные ими, не подтвердились.  Администрация завода предлагает им попросить прощения, поскольку своими необдуманными действиями они подрывают авторитет руководства, бросают тень на коллектив».
- Чем вы сейчас занимаетесь, Александр Адамович?
- Живу в деревне. Дел хватает. Слежу за новостями. Переживаю, что далеко не все  идет так, как хотелось бы. Большая  радость, что мои близкие, мои домашние всегда и во всем меня в профсоюзной деятельности поддерживали и поддерживают.
Николай ГАЛКО


29.01.2014











spbpolack.ru – Свободный профсоюз - Полоцк.



Белорусский конгрес демократических профсоюзов -  www.bkdp.org




Представляем вашему вниманию статьи, отображающие мнения конкретных людей - это профсоюзные активисты, политики и просто не равнодушные...

Все статьи >>



Свободный профсоюз металлистов (СПМ)объединение работников отраслей народного хозяйства
связанных с металлом.



Главная  |  О профсоюзе  |  Газета «Рабочее слово»  |   Фотоархив  |  Контакты

При перепечатке материалов, активная ссылка на сайт обязательна.
Copyright © 2006-2016


Контакты
Республика Беларусь
г.Минск, ул.Якубова, 80-80
Наши телефоны: +375 (29) 6238204, +375 (29) 3405570
CMS Status-X